«Я тогда с работы шла, приодетая – одолжила у сестры шляпку «маленькая мама» – модная в то время была, с небольшими полями и черненькой ленточкой сзади…».
«Увидел и влюбился. Девчонка она симпатичная была, и ростом подходящая… Я – хитрый армянин… Сразу понравился ей, наверняка…».
Так, спустя почти 65 лет, Нина Ива- новна и Вагаршак Аветисович вспоми- нают первую встречу. Так начиналась их история. Так создавалась семья Сафа- рьянов, в которой уже выросло пятое по- коление – правнук Алешка уже женат! А встретились они сразу после вой- ны. В Мытищах, под Москвой.
Она – молоденькая чертежница, рабо- тала в Научно-исследовательском инсти- туте связи Красной Армии. Он служил в батальоне связи при этом институте. За- шел с другом в отдел, где работали око- ло десяти девчонок, среди них заметил Нину.
«Я не хотела за него замуж. Боя- лась – нерусский, уедет в Армению, а я одна останусь. Туда я не ни за что не поехала бы, казалось, край света».
Вагаршак Аветисович родился в Цахкадзоре, закончил 7 классов, потом в Ереване учился три года и – сразу в армию. Был 1940-й. Целый месяц вез- ли эшелоном в Забайкалье, там, совсем рядом с монгольской границей, служил в кавалерии. Вскоре лошадей забрали, перевели в пехоту.
«Как началась война, нас отправили под Смоленск, там я стал связистом. Больше года провоевал на Западном фронте в 96-м полку связи 50-й армии». За участие в боях Вагаршак Авети- сович заслужил орден Отечественной войны 2-й степени, 2 ордена Красной Звезды, 28 медалей, в том числе за обо- рону Москвы.
«Связь – нерв армии. Не будет связи у танкиста или пехотинца – невозможно воевать. Только доложил командованию «есть связь!». А не успел до землянки добежать, контакта уже нет – танк проехал, кабель оборвал. Катушку на плечи и заново прокладываешь эту са- мую связь!».
Не хватало на фронте офицеров. По- этому отправили Сафарьяна на учебу в Орджоникидзе в училище связи, затем перевели в Грузию, потом в Пензенскую область, и только в 1942-м в Грозном Ва- гаршак Аветисович закончил учебу.
«Тогда меня распределили в резерв связи в Москву. Я назад на фронт хотел, но начальник училища определил меня в Мытищи продолжать учебу. Там и встретился с Ниной Ивановной».
О чувствах
«Мне кажется, всю жизнь ее знал. Она мне до- верилась, и я всегда ценил это, нес ответственность за ее благополучие. Она на- стоящая жена офицера – где я там и она. Я и сейчас уверен – мой выбор был пра- вильным!».
«Вагаршак Аветисович красивый был, офицер, орел! Характер у него взрывной, вспыльчивый, однако я к этому привыкла. А вообще, женам офицеров при жизни памятник ставить надо!..» (смеется).
Дело было в Опалево
Опалево – деревушка под небольшим городком Кли- ном за несколько десятков километров от Москвы. Там родилась Нина Ивановна, там же 21 декабря 1946 года сыграли свадьбу Сафарьяны. Свадьбу назначили на три часа дня. Невеста в салато- вом крепдешиновом платье, гости в сборе, столы накрыты – ждут же- ниха. Час – нет, два – нет, три – нет… «Я в своем платье красивом вся измялась – то на кровать прилягу, то на печь русскую за- лезу… А стыдно-то как! Всякие дурные мысли в голову лезут – вдруг передумал! Уж друзья мои, парни, предлагать стали: Нинка, давай, мы на место же- ниха!».
Восемь часов вечера, а же- них не едет…
«Она ж до сих пор не верит, что я не меньше ее переживал! Ехали мы с друзьями моими в грузовике, а по пути из Москвы остальных гостей подбирали. К одним зайдешь – там жена из парикмахерской не вернулась – ждешь… К другим – те норо- вят голодных-холод ных сперва накормить-напоить, а потом уж ехать. С такими останов- ками все нервы мои сгорели! Я ругался со всеми: брошу вас, го- ворю, выйду на дорогу, проголо- сую, довезут к невесте!.. К де- сяти приехали только».
И как приехали – песни за несколько ки- лометров слышны были! Друзья с Украины на- строение поднимали…
Начинали с ножа и вилки
Квартиру Сафарьянов можно запросто снимать в популярных рекламных роликах – такой чистоты я не видела и у самых до- мовитых хозяек. Трудно представить, как Нине Ивановне удается содер- жать дом в таком поряд- ке. «Можно не поверить, что начинали мы с ножа и вилки, после войны не было ничего. Все с нуля. Благо, паек у мужа был хороший: масло сливоч- ное, хлеб, крупы. По тем временам – богатство! Да и зарплата была не- маленькая. Однако значительную часть денег он отсылал маме в Армению. Хлеб не весь кушали. Раньше ведь строго – продавать что-то нельзя было. То, что сейчас называют «бизнесом» в те времена «спекуляцией» называлось. А я хлебушка кусочек заверну и иду на ба- зар. Приоткрою полотенчико, люди го- лодные спрашивают: хлеб есть? Отведу в сторонку и получу какие-то денежки. Ведь Танечка родилась. И молоко надо, и одеться как-то, чтобы не быть невзрач- ной…».
«Жили какое-то время и так: в ком- нате площадью 30 квадратных мет- ров – четыре семьи военных. И ничего – дружно, весело жили. Четыре ширмочки поставили, а посредине – стол! Кушали вместе, по вечерам собирались – анекдо- ты, песни… И тоже не жаловались!». «Свой участочек заимели – овощи растили, гостей приглашали. В кино ча- сто и в театр ходили, на праздничные банкеты… Красиво жили! Потом сын Сережа родился…».
64 года вместе
«Когда отец любит детей, то и дети любят отца – это счастье, о себе уже и не думаешь, – говорит Нина Ивановна. – Обычаи разные, устои разные: он – во- енный, привык командовать. Да, знать, судьба свела – главное терпение!». Есть у Сафарьянов семейная релик- вия – икона «Взыскание погибших». Ею благословляли Нину Ивановну перед свадьбой. Затем вместе они благословля- ли сына, а теперь сын своего будет благо- словлять… Внуков у Сафарьянов четве- ро и уже двое правнуков! Глядишь, скоро и бриллиантовую свадьбу отметят!
Вместо эпилога
Между делом я спросила у Вагарша- ка Аветисовича, что же такого вкусного готовит ему жена. Он не расслышал во- проса. Тогда Нина Ивановна помогла мне, спросив погромче: «Что ты боль- ше всего любишь?» И в ответ услышала: «Тебя…».
Ирина ГРИГОРЯН
